Хочу сразу сказать, что не считаю эту попытку экранизации успешной. И обычно я не пишу о фильмах, которые мне не понравились. Не только потому что “чести им много”, чтоб я тратила на них свои печатные знаки, но и потому что любой фильм, даже снятый в самой “традиционной и проверенной” манере – это всегда эксперимент. Никогда нельзя предугадать насколько успешен или неуспешен он будет. Не думаю, что есть в мире режиссер, который грезит снять самый убогий фильм эпохи, или актер, мечтающий войти в историю как самый бездарный в истории кинематографа.

Несмотря на обилие негативных рецензий, мне не удалось найти ни одной такой, чтоб в ней содержался какой-то конструктивный анализ увиденного. Собственно, это и послужило основной причиной тому, что я сейчас, спустя более года, попытаюсь его сделать. А это, кстати, очень может быть интересно с философской точки зрения.

За последние 15 лет роман Дюма приобрел более 10 новых экранизаций, но ни одной откровенно удачной и полюбившейся зрителям. То есть, интерес к роману в современном мировом сообществе очевиден, но при этом не получается идентифицировать художественные методы его экранного воплощения для сегодняшнего зрителя. Если понимать фильм как некое произведение художественного творчества (если не искусства), который основной своей целью стремится заставить зрителя задуматься и начать размышлять на определенную тему, то господину Бурбулону удалось меня озадачить. Полтора года назад я посмотрела его фильм, до сих пор сижу-думаю, что с ним не так!

Я согласна, что Д’Артаньян переборщил с комьями грязи на лице, что многие костюмы вызывают вопросы, особенно наряды Миледи. В совершенное недоумение повергают постановочные решения боевых сцен. Например, когда два отряда вооруженных до зубов разъяренных мужиков стоят друг против друга, а главный герой “ведет длительные переговоры”. По-моему, больше всех сам удивляется собственным репликам и почему ни те, ни другие его еще не порвали на куски. Неубедительными кажутся и все сцены драк с участием Миледи. Актриса в нормальной физической форме, здесь нет вопросов, но она настолько маленькая и хрупкая в толпе всех этих дородных накаченных бандитов, нагруженных железом и грязью! Невольно возникает предположение, что это она платит им всем гонорары, но после окончания съемок, потому пока они ее сильно не бъют в ожидании зарплаты.

Если упростить историю до логлайна, то суть ее в том, что свои и чужие рубятся до смерти из-за трех очень глупых женщин. Какие должны быть эти три дуры, чтоб так закрутить историю? Я думала, какой референс можно сюда закинуть, кроме песни Лениграда… Ну, допустим, если на роли Миледи и Констанции вкинуть им туда Мэрлин Монро и Софи Лорен соответстенно? Вот закипели бы там ребята! А то вокруг конюшня горит, кони живые в огне полыхают, а Д’Артаньян холодный, как айсберг, утопивший Титаник. Может, надо было наделить Миледи какой-то магической супер-силой, раз уж всё равно далеко ушли от оригинального сюжета? Пусть бы эликсир пила, как Астерикс? Не хватает какой-то виагры, что ли. Хотелось бы такую, как в малоизвестном фильме Федерико Феллини “Искушение доктора Антонио”… Хотя сейчас все его фильмы малоизвестны.

Хоть и внимательно смотрела, всё-таки не поняла, за что судили Атоса (за неуплату аллиментов клейменой проститутке, утоновшей в графском пруду?), почему перестали судить (судьи вспомнили, что она утонула?) и как с этим судом связан квест по собиранию отрезанных пальцев. Очевидно, не я одна. Есть версия, что были множественные досъемки и пересъемки с перекройкой сценария и в разных творческих составах. Я имею в виду, прежде всего, операторскую группу, потому что натурные сцены в лесах откровенно не монтируются с интерьерными и натурными в городе.

Но всё-таки этот фильм, если рассматривать его как эксперимент, не так уж и плох, как его живописует пресса. Я посмотрела полностью обе части, а плохие фильмы я не досматриваю, здоровье дороже. Кроме того, следует отдать должное смелости подобного режиссерского решения интерпретации, если не романа, то его идеи. Совершенно логичен поиск нового подхода, посколько современный зритель безнадежно “испорчен” голливудским экшеном. Надо понимать, что ему нужны более динамичные и даже агрессивные мушкетеры, чем 30-40 лет назад. Понятно, что замысел был шокировать публику современной трактовкой, снятой в актуальной стилистике. Мне очень понравилась первая сцена, когда Д’Артаньяна закопали! (Я люблю трэш! Прям моё!) Подумала: “Вот это решение! И что они, все остальные, делать будут без него еще две части?”. Но он всё испортил: взял, да и вылез из могилы!

А как повернуть историю о мушкетерах так, чтобы современный зритель, наевшийся хорроров, блокбастеров, марвелов, видео-игр, откликнулся на нее? Чтоб не осталься в своем иронически-презрительном коконе? Где-то прочитала разгромную рецензию о том, что мушкетеры “так” не одевались и в качестве доказательства приложена иллюстрация из какой-то книги. Во-первых, иллюстрация – не видеозапись камеры наружного наблюдения и не может быть единственно верным источником информации. А во-вторых, если в 2023 году на экран выпустить толпу накаченных брутальных парней в пузырящихся шараварах и красных гольфах с бантами, как на картинке, поможет ли это завоевать сердца зрителей, не клюнувших даже на похороны Д’Артаньяна в первой сцене фильма?

Может быть, проблема в том, что не определена целевая аудитория? Это фильм для девочек или для мальчиков? Если для девочек, то мушкетерам не хвататет карамели, гламурности и лоска. Если для мальчиков, то серьезно не хватает сцен жесткого средневекового секса! Да, и расчлененки!

Что, на мой субъективный взгляд, особенно “портит” картину – это присутствие Венсана Касселя в этой истории. Объясню почему. Потому что его в историю про мушкетеров “можно пускать” только в качестве Д’Артаньяна. Он в сути своей – Д’Артаньян, на уровне ДНК. Если и был какой-то живой прототип, с которого Дюма создавал образ своего персонажа, то это был как раз Венсан Кассель, а не тот, который историческая личность.  (Я в курсе, что Дюма жил и писал в 19ом веке, я учила литературу. Да, простит меня мой Бог-Кинематограф, но я выучила французский до свободного владения во имя Флобера и Пруста.) Я, вообще, считаю, что мировой кинематограф понес невосполнимую утрату в связи с тем, что никто из режиссеров и продюсеров не додумался предложить роль Д’Артаньяна Венсану Касселю лет 20-30 назад.

Сами посмотрите внимательно! Какой кадр из фильма не вырежи с его присутствием, везде так и просится подпись “Ну, почему я здесь не-Д’Артаньян?”. А ведь и правда, почему? Собрали всех звезд и роли распределяли жеребьевкой, чтоб никому не обидно? Даже в сравнительных анонсах экранизаций разных лет берут фотографии Д’Артаньянов и почему-то Атоса-Касселя. “Почему-то”?

В опере – понятно. Есть альты, есть сопрано. Никто не поет чужую партию, даже когда становится звездой мирового уровня. В кино – пожалуйста! В результате есть Атос, который силится быть Атосом, но всё равно выходит Д’Артаньян другой возрастной категории. И есть Д’Артаньян, исполняемый актером, в присутствии настоящего Д’Артаньяна (которого для сравнения взяли Атосом). Мощнейшая личность, сильшейший актер, он никому не позволит быть бОльшим Д’Артаньяном, чем он. “Так не доставайся же ты никому, роль, должная быть моей!”.

Если это фильм на Венсана Касселя (не думаю, что таков был замысел, но по факту это так, и он вполне этого заслуживает), то надо было принять во внимание, что предложение запоздало лет на 30 и взять за основу третью часть трилогии, там где Д’Артаньян уже генерал и совпадает в возрастных характеристиках со своим ныне живущим прототипом. Если это фильм именно про мушкетеров (что тоже имеет право на существование), молодых и задорных, резво бегающих за девками, то два возрастных Д’Артаньяна сильно тяжелят историю.

Однако при всем указанном перекосе кастинга (это нельзя назвать актерским пасьянсом, это кастинг) есть-таки успешная актерская работа, которая на 100 процентов попадает в персонажа! Смотрела рецензии, пока глаза не слиплись от однообразия ругательств, и не нашла, чтобы кто-то отметил. Луи Гаррель в роли Луи! При том, что роль, прямо скажем, не ключевая, актеру удалось сделать её уникальной, запоминающейся, наполнить оригинальными решениями исполнения. Казалось бы, в 20 лет снялся в культовом фильме Бертолуччи, мог бы уже в полноги стараться: “Скажите спасибо, что пришел!”. Для меня именно это показатель класса: когда во второстепенной роли актер работает с первосортной включенностью в нее. Тем более, на фоне всех остальных, в том числе и женщин, претендующих в той или иной степени на Д’Артаньяна и временно вспоимнающих, что в присутствии настоящего других быть не может. И, ктати, он тоже мог бы сыграть Д’Артаньяна. (Но ему всё-таки легче, чем Касселю: “мог бы сыграть” против “он и есть” – это другой “уровень старсти”.)

Еще раз повторюсь, что не хотела писать рецензию на фильм, который мне не понравился, потому как у меня нет задачи истреблять художественную инициативу, пусть и не всегда удачную по результату. Но красные гольфы меня “доканали”. Печальная, конечно, тендеция с кинокритикой наблюдается на примере указанного фильма. Бесконечное переливание одних и тех же пустых, но довольно оскорбительных фраз про “дремучее средневековье”, про нарочитую немытость героев, про несовпадение костюмов с историческими, смакование событий личной жизни актеров… Никто не пытается даже не то чтобы анализ фильма сделать, но  просто поразмышлять, “почему так получилось, что все старались, а не получилось”! Ну, разве это кинокритика – бесконечно перемывать, кто с кем развелся и снова сошелся, жаль, что не в красных гольфах? Можно не увидеть “не-монтаж”, но нельзя же проигнорировать постановочную абсурдность трюковых сцен и недостаток мотивировок персонажей!

Попробую подытожить причины неудачи довольно смелого эксперимента актуализированной экранизации указанного исторического романа.

1) Эффект обманутых обещаний.

Зрителю говорят, что фильм будет про мушкетеров. Он покупает билет и идет на мушкетеров, чтобы увидеть… мушкетеров! Не спешите мне доказывать, что он их увидел в фильме Бурбулона, потому что я сейчас вам докажу обратное.

Кто такие мушкетеры сегодня? “Тогда” это был элитный военный отряд под субординацией непосредственно самого короля. Кого можно сегодня считать мушкетерами? Спецподразделение «Вымпел», группу «Альфа», ЧВК «Вагнер»… Зачем эти отборные бойцы на хорошо оплачиваемом госконтракте лезут в историю с подвесками? Выслужиться перед королевской фамилией. А зачем выслуживаться? Чтоб получить деньги (больше денег), звание, влияние и, конечно, секс (больше секса). Итак, тема романа “Три мушкетера” одним словом: тес-тос-те-рон!

И я слышу как все те, закончившие недельные онлайн-курсы сценаристов, в негодовании и гневе кричат сейчас: “Где? Где тестостерон? Не может его быть! У нас же демократия, феменизм и толерантность!”. В этом, собственно, и проблема, что его нет. Представьте себе зритель, замученный феменизмом и толерантностью, идет в кино и покупает билет, чтобы глотнуть бушующего тестостерона… А его там нет! Все персонажи стерелизованные на уровне идеи.

Потом в насмешку над зрителем ему показывают первую сцену, где закапывают Д’Артаньяна. Сцена очень сильная, хорошо поставленная, производящая шокирующее эмоциональное впечатление на зрителя, ломающая шаблоны и, самое главное, обещающая, что дальше будет такое же бомбическое кино. А этого не происходит. “Бомбилово” на этом и заканчивается. Д’Артаньян вылазит из могилы, дальше начинаются стереотипы и стерелизация. И зритель, конечно, расстроен. Мне кажется, это и есть основная причина обилия плохо мотивированных негативных рецензий. Не так уж плох фильм, как велики обманутые ожидания, с ним связанные.

2) Не определены жанр и целевая аудитория (эти две характеристики неразрывно связаны между собой).

“Экранизация исторического романа” не является жанром сама по себе. Думаю, что с самого начала, потому что когда четко поставлена задача, люди профессиональные, мотивированные гонораром, достаточно легко ее выполняют. Здесь же мы видим попытку угодить вкусовым предпочтениям всем видам современных аудиторий и одновременно соблюсти всеобщую девственность.

3) Кастинг.

Когда заменили термин “распределение ролей” на слово “кастинг”, разрешили больше не думать, а просто приглашать звезд. Потому звезда – это проверенно и должна гарантировать успех. А то, что у актеров (в том числе и звездных), как и у оперных певцов, есть свой довольно ограниченный диапазон возможностей, совершенно не принимается в расчет. У каждого актера есть свой диапазон ролей, которые он может сыграть. Оперный певец, приобретая всемирную известность, не начинает же петь все партии подряд, так и поет в своей тональности, только за большие деньги на лучших площадках. Только очень глупый человек и совершенно непрофессиональный актер утверждает, что он может исполнить любого персонажа. Так вот во всем фильме, на мой взгляд, попадает в диапазон возможностей актера, ее исполняющего – это Луи Тринадцатый.

Это было “вкратце”.

Не-журналист, Мария Соловьева

ПС: Если вдруг кто-то меня назовет еще журналисткой, обещаю посмотреть все его фильмы и, даже если они мне не понравятся, написать на них на все рецензии.

На сегодняшний день объявлено, что ММКФ 2020 пройдет с 1 по 8 октября. Но это, конечно, произойдет при условии, что удасться победить опасную заразу, охватившую весь мир.

Будем следить за новостями и вносить свою посильную лепту в борьбу с вирусом!

Елена Велехова

Картина посвящена Второй мировой войне, и повествование ведется с точки зрения маленького мальчика Джоджо с еврейскими корнями, снятое в жанре комедии. Несмотря на то, что в некоторых аннотациях она определяется как черная комедия, до черной она всё-таки не дотягивает. Поскольку черная комедия предполагает насмешку над смертью либо, как альтернатива, над смертельно опасной для героя ситуацией. Фильм же иронизирует на тему фашизма и непосредственно на тему личности Гитлера. Соответственно, это может быть идеологическая комедия, но никак не черная.

Прежде всего, следует отметить, что это очень хорошо снятый фильм, с точки зрения профессионального кинопроизводства. На лицо заранее разработанный сценарий, качественная подготовка к съемкам и скурпулезно выстроенный кадр. Это то, что называется “качественный продукт”. Если вы меня спросите: “Это хороший фильм?”, я должна буду ответить: “Да, это хороший фильм”.

Однако в таких “хороших фильмах” всегда присутствует ядовитая “ложка дегтя”. Комедия на тему любой войны, а не только Второй мировой, неизбежно невелирует трагизм происходящего. Как-то у нас в России еще не принято шутить на подобные темы. И я говорю это с гордостью. …Еще пока, но всё впереди, очевидно. Для нас это еще слишком близко. Нет, мы еще не забыли. Войну помнят наши бабушки и дедушки, и многие из них еще живы.

Мы еще не настолько опустились, чтоб глумиться над собственной бабушкой. Пока еще. У нас еще остались какие-то нравственные границы. Мы, пока еще, уважаем Вторую мировую войну и пролитую на ней кровь бесчисленных русских солдат. Мы, пока еще, не научились шутить на эту тему в погоне за “современным динамичным муви”. Кроме того, война – это ведь не только непосредственно бомбежки, это и ее последствия после того, как она закончилась. И вот вроде бы больше нет войны, не бомбят, везде мир, а как жить в мире после войны? Наши бабушки довольно редко про тот послевоенный мир рассказывают, но никогда не позволят острить на его счет.

Война же в американском кино становится чем-то незначительным, даже забавным, легко проходящим. Чужое горе не больно. Ну, что-то там постреляли, побомбили… но это же где-то там! Вокруг героя! Война происходит “вокруг” героя, а не с ним непосредственно. Повесили, правда, кого-то на площади. Но не страшно. Заслужили, значит. Потом на той же перекладине вздернули и маму. Но тоже не беда. Мальчик Джоджо поплакал-поплакал, да успокоился. Мамы не стало, завелась сестра.

Фильм нещадно эксплуатирует тему истребления евреев. Точно неизвестно, но, вроде бы, маму повесили за еврейские корни. Однако смерть ее – это, скорее, событие проходное, нежели определяющее. Ну, пришли такие воспитанные гестаповцы, сделали обыск в очень деликатной манере, надо отметить. Есть один неприятный момент: пролистали альбом с рисунками. Но потом всё вернули на свои места.

Маму-еврейку повесили, а ее сына и еврейскую девочку, которая скрывалась “за плинтусом” их хоть и небольшого, но вполне себе фешенебельного особнячка, оставили себе жить на здоровье. И дом их не сожгли, не разграбили, не конфисковали в пользу гестапо. Образованные и приятные, в целом, люди!

Один персонаж действительно раздражает. Это Гитлер собственной персоной, преследующий маленького мальчика Джоджо, которого самоотвержено сыграл сам режиссер и автор сценария Тайка Вайтити. Личность великого фюрера представлена крайне карикатурно. Он смешон, глуп и беспомощен. В конце фильма Джоджо легким взмахом ноги выбрасывает его из окна и тем завершает Вторую мировую войну.

Меня несколько коробит подобная интерпретация личности этого персонажа, и не потому что я испытываю к нему некую симпатию. Отнюдь. Но я считаю, что подобное упрощение опасно. Всё-таки Адольф Гитлер – это могущественная историческая фигура, при чем в самом негативном смысле. И представление его как глупого экзальтированного и беспомощного фанатика может привести к ошибочному заблуждению, что его достаточно пнуть разок в живот. Опасность исторического Гитлера как раз в том, что он не так прост. Если бы он только у себя в комнате дрыгал ножками и кричал: “Всех убить, кто не ариец!”, то запереть его там и пусть себе кричит, в конце концов. Однако он практически привел это в исполнение!

Впервые после окончания войны выйдя на улицу из своего фешенебельного особнячка, Джоджо со своей приемной сестрой видят мотоцикл с американским флагом, победоносно проезжающий по улице. Товарищ героя что-то такое вскользь упоминает про русских, но мельком, не акцентируя. Зато американский флаг въезжает в кадр победоносно и даже требовательно. “А подать мне за этот флаг Оскар!” – как будто хочет крикнуть офицер из люльки мотоцикла.

Герои выходят на улицу и танцуют. Улица чистая, ухоженная, благополучная. Никаких следов бомбежек. Война была где-то там, в соседнем квартале. Там руины, обугленные камни и прочий “трэш”.  А по месту прописки всё Окей. Мальчик с девочкой танцуют. Как-то в голову не приходит помянуть преждевременно повешанную маму-еврейку. А зачем? Живым – жить, мертвым – гнить. И нечего прошлое ворошить!

Ну, и напоследок. Просто уточнить. Если вы всё еще думаете, что Вторую мировую выиграли русские, то вы просто мало смотрели американских фильмов. Нет-нет, ничего объяснять не буду, просто больше смотрите кино, американское. Гитлера убил 10-летний еврейский мальчик пинком в живот, а войну, конечно, выиграли США. Так, фильм за фильмом, Голливуд корректирует мировую историю в свою пользу. И если бы только историю!

Кроме истории, Голливуд вносит свои поправки и в этические нормы. Война – это не так уж страшно. Ведь бомбят не тебя. И даже повесили, расстреляли кого-то – это ведь тоже не тебя. Главное, чтоб флаг был американский! Под американским флагом всё благополучно. Там живет и процветает американ дрим, и пусть везде вокруг бомбят! А мы танцуем!

Мария Соловьева

2) Седьмая печать / Det sjunde inseglet, 1957

3) Шепоты и крики / Viskningar och rop, 1972

4) Персона / Persona, 1966

 

5) Лето с Моникой / Monika, 1953

Как провести время с пользой на выходных? Смотрите лучшие фильмы мирового кинематографа с нашим гидом “5 лучших от…“!

Влада Андреева

 

2) Красавчик Серж / Le Beau Serge, 1959

 

3) Мясник / Le Boucher, 1969

 

4) Неверная жена / La Femme infidèle, 1969

 

5) Чужая кровь / Le sang des autres, 1984

 

Как провести время с пользой на выходных? Смотрите лучшие фильмы мирового кинематографа с нашим гидом “5 лучших от…»!

Влада Андреева

Cependant, la fracture de 2020 a brisé de nombreux stéréotypes. Tout d’abord, il s’agit de la première du film de Quentin Tarantino à Cannes le printemps dernier, à qui s’est ouvert le don de prédire son avenir créatif. (Je vous rappelle Il était une fois à Hollywood, c’est son neuvième et avant-dernier film. Et, selon sa propre prédiction, Quentin Tarantino ne réalisera que dix films au cours de sa carrière.)

Deuxièmement, le principal palmier d’or de la côte d’Azur reçoit un réalisateur coréen avec un film avec le titre pas romantique Parasite. Les coréens dans le top du classement cinématographique – c’est déjà assez inhabituel en soi. Nous sommes déjà habitués le cinéma iranien avec plaisir esthétique à tous les meilleurs sites de festivals du monde, nous avons choisi nos acteurs préférés de la cinématographie turque psychologique. Mais les coréens … c’est K-pop, Dorama et kimchi. Et les Doramas ne sont pas des drames, comme on le sait. Et le kimchi aussi, ce n’est pas le repas principal. Même les spécialistes du cinéma peuvent difficilement se souvenir quelqu’un d’autre que Kim Ki-Duk.

Cependant, soit le Cannes est passé la position de bastion du «pure cinéma de festivals et a pris un cours sur les intérêts d’un «simple spectateur», soit la “vague coréenne” est devenu tellement déchaînée, qui a déferlé sur tous les écrans du monde… Mais, le fait ! Le film de la Corée du Sud, à conquête le Cannes, recueille trois Oscars à la fois dans sa tirelire. Et c’est le cas jamais été auparavant. Et c’était troisièmement.

Au crédit des anciens triomphateurs d’Oscars, il convient de préciser qu’avant 2020, aucun film d’origine non hollywoodienne n’a été nominé pour plus d’une nomination, pour le meilleur film en langue étrangère. Oui, et peut-être, le Parasite manque-t-il à atteindre le niveau habituel de divertissement et d’effets spéciaux pour Oscar en général. C’est ce qu’on ne pouvait s’attendre pour ce film, la reconnaissance de la part de l’Académie Américaine du cinéma.

Le Festival de Berlin, qui a changé son directeur artistique l’année dernière, a lancé la nouvelle ciné-décennie avec des déclarations très prétentieuses, proclamées sa mission de trouver le cinéma d’un avenir qui n’a même jamais existé. Cependant, le concours s’est terminé sans sensation. Dans les meilleures traditions de Festivals cinématographiques, le premier prix était gagné par un film iranien, et il est tout à fait mérité. Il ne s’est pas passé sans un peu de politique: l’ourse d’argent est allé aux États-Unis pour un film sur la maturité difficile de jeunes filles et la première gestation, comme d’habitude, malchanceuse. Pour la meilleure réalisation, juste au cas où, on a donné le prix au cinéaste coréen pour soutenir la tendance coréenne actuelle. Et le prix le quatrième d’important, pour le meilleur scénario, est décerné au film européen. Personne n’est offensé.

La quarantaine mondiale a renversé le calendrier des Festivals et arrêté les tournages. En particulier, il a reporté indéfiniment par le Festival de Moscou. Pour le moment, ce n’est pas clair si le Festival de Cannes aura lieu ou sera également reporté à des dates inconnues. Quelles autres surprises attendent nous  à la rupture de cette décennie magique? on ne peut que deviner! … et attendez-les avec impatience ! Lavez-vous les mains, portez des masques et restez calme. Cela va être intéressant !

Maria Solovyova

…Русская версия статьи…

…English version of the article…

Traditionally, the American Academy has opposed itself to the festival cinema. The golden Cannes Palm has always been a professional antonym for an overseas uncle. For years and decades, Oscar has maintained its commitment to box office movies and market trends on the screen.

However, the turn of 2020 has already destroyed many stereotypes. First of all, it is the premiere of the Quentin Tarantino’s film in Cannes last spring, who has found out the gift of predicting his creative future. (Let me remind you: “Once upon a time in Hollywood is his ninth and penultimate film. And, according to his own prediction, Quentin Tarantino will make only ten films in his career.)

Secondly, the main Golden palm of the Cote d’azur has got a Korean Director with an unromantically named film “Parasite”. Koreans in the top of the cinema rating – this is quite unusual in itself. We are already used to watching Iranian films with aesthetic pleasure at all the world’s best festival venues, and we have chosen our favorite actors in the subtle psychological Turkish cinema. But Koreans… These are K-pop, doramas, and kimchi. And doramas are, as you know, not dramas after all. And withal, kimchi is never the main meal. Even professional film critics can hardly remember anyone other than Kim Ki-Duk from memory.

However, either Cannes has given up its position as the mainstay of “pure festival cinema” and has taken a course for the interests of “ordinary viewers”, or the Korean wave has so raged that it has flooded all areas of cinematic existence with its screen creativity… But it is a real fact! The film from South Korea, conquered Cannes, collects three Oscars at once in its piggy Bank, that has never happened before. And this was thirdly!

To the credit of former Oscar-winners, it should be clarified that until 2020, no non-Hollywood film was nominated for more than one nomination for best foreign language film. And “Parasite”, in General, do not reach the usual level of entertainment and special effects for the Oscar award. What one could never expect for this picture is recognition from the American Film Academy.

The Berlin festival, which changed its art Director last year, began the new film decade with loud statements, proclaiming its mission to search for the cinema of the future, which has never existed. However, the competition ended without a sensation. In the best festival traditions, the main prize went to an Iranian film, what is well deserved in general. Not without politics: the silver bear departed to the United States for a film about a difficult girl’s growing up and the first unsuccessful, as usual, pregnancy. The best Director award was given to a Korean filmmaker, just in case, in order to support the actual Korean trend. And the prize of the fourth importance, for best screenplay, went to a European film. All the sisters have earrings. No one is offended.

The world quarantine brought down the festival schedule and stopped shooting. In particular, the Moscow film festival is postponed for an indefinite time. At the moment, it is completely unclear whether the Cannes festival will take place or will also be moved to unknown dates. What other surprises are waiting for us at the breaking of this magical decade you can only guess! … and look forward to them! Wash your hands, wear masks, and remain calm. It will be interesting!

Maria Solovyova

…Русская версия статьи…

…Version française de l’article…

Однако перелом 2020 разрушил множество стереотипов. Во-первых, это премьера фильма Квентина Тарантино в Каннах прошлой весной, которому открылся дар предсказания своего творческого будущего. (Напомню: «Однажды в Голливуде – это его девятый и предпоследний фильм. И, согласно его собственному предсказанию, Квентин Тарантино снимет всего десять фильмов за свою карьеру.)

Во-вторых, главную золотую пальму лазурного побережья получает корейский режиссер с неромантично названным фильмом «Паразиты». Корейцы в топе кинематографического рейтинга – это уже само по себе довольно необычно. Мы уже привыкли с эстетическим удовольствием смотреть на всех лучших мировых фестивальных площадках иранское кино, выбрали себе любимых актеров в тонком психологическом турецком кино. Но корейцы… Это К-поп, дорамы и кимчи. А дорамы – это, как известно, всё-таки не драмы. И одной кимчёй тоже сыт не будешь. Даже профессиональные кинокритики едва ли смогут вспомнить по памяти еще кого-то, кроме Ким Ки Дука.

Однако, то ли Канны сдали позицию оплота «чисто фестивального кино» и взяли курс на интересы «простого зрителя», то ли корейская волна настолько разбушевалась, что захлестнула своим экранным творчеством все области кинематографического бытия… Но факт! Фильм из Южной Кореи, покорив Канны, собирает в свою копилку сразу три Оскара, чего никогда не было раньше. И это было в-третьих!

К чести былых оскароносцев, следует уточнить, что до 2020 года ни один фильм неголливудского происхождения не номинировался на более, чем одну номинацию, за лучший фильм на иностранном языке. Да и «Паразиты», в целом, не дотягивают до привычного для Оскара уровня зрелищности и спецэффектности. Вот уж чего нельзя было ожидать для этой картины, так это признания со стороны Американской киноакадемии.

Берлинский фестиваль, сменивший в прошлом году своего художественного руководителя, начал новое кинодесятилетие с громких заявлений, провозгласив своей миссией поиск кинематографа будущего, какого еще никогда не было. Однако конкурс завершился без сенсаций. В лучших фестивальных традициях главный приз достался иранскому фильму, что, в целом, вполне заслужено. Не обошлось и без политики: серебряный медведь уехал в США за фильм про трудное девичье взросление и первую неудачную, как водится, беременность. За лучшую режиссуру на всякий случай отдали корейскому режиссеру, чтобы поддержать актуальный корейский тренд. И четвертый по значимости приз за лучший сценарий ушел европейскому фильму. Всем сестрам по серьгам.

Всемирный карантин сбил фестивальный график, остановил съемки. В частности, отложен на неопределенный срок ММКФ. На данный момент совершенно непонятно, состоится ли Каннский фестиваль или также будет перенесен на неизвестные даты. Какие еще сюрпризы нас ждут на сломе этого магического десятилетия остается только гадать! … и ожидать их с нетерпением! Мойте руки, носите маски и соблюдайте спокойствие. Будет интересно!

Мария Соловьева

…English version of the article…

…Version française de l’article…

В связи со сменой руководителя в прошлом году, Берлинский фестиваль сделал множество амбициозных обещаний. Теперь зрительская аудитория с нетерпением ждет их исполнения.

В частности, программный директор Карло Чартриан так охарактеризовал секцию “Encounters” в своем небольшом видео-обращении: “Мы следуем только одному критерию: каждый фильм должен быть уникальным”. Пожалуй, сложно найти режиссера, который не ставит себе цель снять уникальный фильм и который таковым не считает каждое свое видео-творение.

Но далее Карло разъясняет: “Условие свободы – вот что мы ищем. Фильм должен быть сводным и связан со своим воспроизведением, его историей, его стилем, его внутренним голосом”. Как раз программа Encounters призвана стать “зеркалом 21 века” и отразить актуальные реалии на киноэкране.

Поиск индивидуальности, о которой нам не ведомо – это метафизический тренд фестивального европейского движения. Это фильмы, ищущие кинематограф будущего и уже сейчас создающие новую зрительскую аудиторию.

Кстати, Encounters – слово многозназначние и открывающее простор для интерпретаций. Это, с одной стороны, встречи, в том числе и случайные.  А с другой, столкновение, схватка. И в дополнение, есть еще и возможность перевести его как “первый опыт”.

Мария Соловьева

Корейский фильм корейского режиссера Пон Джун-хо с корейскими актерами, говорящими по-корейски, берёт 4 главных приза Американской Киноакадемии (Лучший фильм, Лучшая режиссура, Лучший сценарий, Лучший фильм на иностранном языке). Вот так! Запомните этот год: Оскар 2020!

Что послужило приной столь неожиданного успеха? Активное развитие корейской поп-культуры? Политическая подоплека? Расширение зоны влияния корейских бизнес-предприятий? Подковерные интриги? “Желтая сторона” кинобизнеса? Однако попробуем разобраться, почему то, что было ранее никому невозможно, вруг удалось “Паразитам” из сравнительно маленькой Южной Кореи.

“Паразиты” – это социальная драма с ослабленной мелодраматической линией. Таким образом, любовь безусловно присутствует в основе сюжета, но любовь это не пылкая, не юношеская, а любовь семейная, безоговорочная. Это фильм о той любви, какой матери любят своих несовершенных детей и мужей после 20-40 лет брака, принимая их со всеми бесчисленными недостатками. Любовь внутри семьи не подвергается сомнению и испытанию. Она – по умолчанию.

Ключевая проблема – это социальное неравенство. Богатые и бедные,  с одной стороны, каждый по-своему презирают друг друга. А с другой – нужны друг другу. Богатым нужны бедные, чтоб те на них работали. А бедным богатые – чтоб у кого-то получать деньги. Трагизм этой ситуации, что одни других не могут принять, но и выжить друг без друга тоже не могут.

Есть в фильме вопрос, который заставляет задуматься каждого его посмотревшего: кто же всё-таки является главным паразитом? Но в каждой сцене право быть паразитом передается от персонажа к персонажу. Каждый из них по-своему паразит, но одновременно каждый из них выкармливает своего паразита.

И бедные паразиты, и богатые паразиты. Никто не лишен возможности быть паразитом в определенной ситуации. Безгрешных нет. Но есть любовь, внутрисеменая и общечеловеческая. И тот, кто на нее способен, всё-таки кажется чуть меньшим паразитом, чем все прочие. Любовь безооговорчная и самозабвенная и есть противоядие от бытия паразитом. Человек, способный любить своего близкого больше, чем свою собственную жизнь, получает своеобразное “отпущение греха паразитизма” в конце фильма.

Парадоксальность развития логики сюжета безусловно является основным достоинством этого фильма. Она заставляет зрителя думать, искать решение этого вопроса. И именно кино, которое заставляет зрителя думать о нем даже спустя некоторое время после просмотра, признано лучшим фильмом этого года.

Мария Соловьева